Сарра Львовна Фишерман родилась 20 августа 1925 года в местечке Кривое озеро Одесской области в семье рабочих. Однако голод, возникший в 1931 году в этом районе, вынудил отца Сарры срочно искать заработок в другом месте.Он устроился кузнецом на одном из заводов Донецкой области и перевез туда всю семью, но к тому времени от голода и слабости умерли две его маленькие дочери. Вновь прибывшую семью поселили в огромный барак, в котором им была на троих предоставлена одна комната. Ни о каких других удобствах в не могло быть и речи.
В 1941 году началась Великая Отечественная война, Сарра к тому времени закончила семь классов и сразу же пошла на завод, чтобы оказать посильную помощь фронту.
-Куда же тебя, девонька, определить?-посокрушался мастер,-и маленькая ты еще и слабенькая. Ладно, давай я тебя определю в цех по выпуску снарядов для зенитки.
-А что я должна буду делать?-с готовностью откликнулась девочка.
-Ты будешь контролером, твоя задача отмечать мелом раковины, царпины, сколы на поверхности снаряда.
-Понятно,-сказала Сарра и стала наравне со взрослыми выстаивать двенадцатичасовую смену.

Однако, немецкая армия форсированным маршем двигалась к Донбассу, и заводу приказали срочно эвакуироваться на Урал вместе с рабочими, инженерами и членами их семей. В оперативно подготовленный состав с теплушками, укомплектованными трехъярусными нарами, погрузили всех эвакуируемых и оборудование завода. Уже наступил октябрь, и холода заставили людей утеплить байковыми одеялами металлические стены вагонов, и только «буржуйки», стоявшие посредине вагона, давали живительное тепло. Местом дислокации завода предназначался город Чусовая, но Сарра подхватила по дороге фолликулярную ангину, и ее семью со всем скарбом и тюками высадили на промежуточной станции Грязи, побоявшись, что они могут заразить других. Жить им было негде, и они кое-как устроились на вокзале, а врач иногда навещал их и давал больной лекарства, которые ему удавалось раздобыть. После ее выздоровления нужно было догонять ушедший состав, и отец, уговорив диспетчера, посадил семью на открытую платформу поезда, шедшего в нужном направлении. В полумертвом состоянии, обмороженные и голодные они добрались до станции Поворино Воронежской области и сразу же все втроем устроились на работу в вагонном депо. Там Сарра вступила в комсомол и все свободное время проводила в госпитале, переполненном ранеными из Сталинграда. Она сдавала кровь, участвовала в художественой самодеятельности, стараясь поднять моральный дух раненых.
Начальство заметило инициативную девушку, и ее отправили на курсы по подготовке слесарей-автоматчиков по испытанию тормозов железно-дорожных вагонов. Вернувшись с курсов, Сарра с двумя подругами Любой и Олей пошли в военкомат.
-Пошлите нас на фронт санитарками,-попросила Сарра,-мы хотим спасать раненых.
-Сколько вам лет?-спросил усталым голосом безрукий майор.
-Шестнадцать,-ответила за всех Люба.
-Ждите, когда исполнится восемнадцать,-непримиримым голосом заявил майор,-тогда и приходите.
-Мы же хотим помочь родине!-выкрикнула Оля,-а вы.
-Уходите и не мешайте работать!-прикрикнул на них офицер,-и раньше, чем через два года здесь не появляй Сдерживая слезы, девушки вышли на улицу.
-Надо возвращаться в депо,-всхлипнула Люба
то нам там влетит.
Они вошли на территорию огромного депо, где формировались составы, и вдруг Сарра закричала:

-Девчонки, смотрите, санитарный состав. У них всегда не хватает людей. Может там нас возьмут?
-Побежали,-сразу же откликнулась Люба и они помчались к составу.
-Вы куда?-остановил их часовой, стоявший на железнодорожном полотне,-здесь ходить нельзя.
-Где начальник состава?-строго спросила Сарра,-у меня к нему срочное донесение.
-В восьмом вагоне,-растерялся солдат,-а какое донесение?
-Военная тайна,-строго сказала Сарра,-проводи нас к нему.
-Сами дойдете,-махнул рукой парень,-тайна у них. Курам на смех.
Но девушки не обращая на него внимания побежали к восьмому вагону, из которого сразу же выглянул пожилой майор.
-Почему здесь посторонние?-сердито спросил он.
-Мы не посторонние,-звонко ответила Сарра,-мы вольнонаемные. Товарищ майор, возьмите нас в свою команду, мы хотим помогать нашим раненым.
-У вас хоть паспорта есть, помощницы?-спросил командир.
-Есть,-хором ответили девушки.
-Ладно, бегите домой за документами, поставьте в известность близких и возвращайтесь. Состав через три часа отправляется в Сталинградском направлении. Там такая мясорубка, не приведи господи, и не опаздывайте. Никто вас ждать не будет.
-Через три часа будем, как штык,-весело выкрикнула Люба и девушки побежали за документами.
Они поставили в известность близких и, ничего не сообщив своему начальству, к назначенному времени явились в распоряжение командира медицинской бригады санитарного поезда номер один Днепропетровского направления. Поезд состоял из двенадцати вагонов, из которых восемь были отведены для легкораненых, а четыре вагона с открывающейся стенкой для носилок с тяжелораненными бойцами, часть из которых часто не довозили до госпиталя в тылу. В состав бригады входил вооруженный отряд и зенитное орудие, используемое не только против вражеской авиации, но и против бендеровских банд, нападавших на санитарные поезда на территории Украины. Беспрерывно в течение всей войны порожний, дезинфицированный состав мчался в сторону фронта за новой партией раненых и возвращался переполненным искалеченными людьми.

Медсестра Шура из Куйбышева обучала девушек приемам неотложной помощи, показывала, как бинтовать раны, накладывать жгут, останавливать кровь и простейшим хирургическим приемам. Все девушки получили звание санинструкторов и с 1943 по 1946 годы оказывали помощь раненым, останавливая кровь, перевязывая гниющие раны, оказывая моральную поддержку.
С тех пор прошло уже шестьдесят пять лет, а Сарра Львовна не может без содрогания вспомнить крики и стоны тяжелораненых.
-Убейте меня,-кричал молодой человек, лишившийся обеих ног.
-Не хочу жить!-кричал другой с выжженными глазами и обожженым лицом.
А молодым девушкам нужно было не только выжить в этом кошмаре, но систематически сдавать свою кровь и участвовать в художественной самодеятельности санитарного поезда под непрерывными бомбежками немецкой авиации. И только филигранное мастерство машинистов спасало их от прямого бомбового попадания, и каждый их маршрут на фронт и обратно в тыл был связан со смертельным риском, а они мужественно пели под гармошку раненым солдатам «Катюшу», «Синeнький платочек», читали стихи про советский паспорт и, конечно же, «Жди меня и я вернусь» Константина Симонова. Они даже умудрялись плясать в узком проходе в то время, как поезд рывками спасался от авиационных налетов.
-Конечно было страшно,-вспоминает Сарра Львовна,-но мы спасали наших отцов, братьев, мужей. Мы в меру наших сил помогали фронту, делая все, что от нас зависeло, чтобы вновь вернуть в строй наших воинов.

Советские войска отбросили фашистов от границ нашей родины, и мы стали привозить раненых из Польши, Румынии, Венгрии и наконец из Германии. Как же мы ждали этот день Победы! Он застал коллектив санитарного поезда номер один в Орджoникидзе. Невозможно передать охватившую нас радость. Мы сдали раненых госпиталю, подготовили вагоны и вновь отправились в Германию, но там к нашей радости уже больше не было раненых.
Санитарный поезд до 1946 года использовался для отправки на родину солдат, репатриированных и насильно отпраvленных в Германию на работы. Обычно поезд прибывал в Курск, и солдат на вокзале встречал военный оркестр, а девушки дарили им цветы.
В связи с тем, что СССР объявил войну Японии, санитарный поезд частично расформировали, но вагоны для тяжелораненых вместе с обслуживающим персоналом срочно отправили на Восток, а Сарра и остальная часть боевого колллектива были демобилизованы. Она вернулась к родителям в Донбасс и они вместе оплакали своих погибших родственников, из которых только несколько человек остались в живых. Но нужно было жить и приспосабливаться к мирной послевоенной жизни. Сарра работала, вышла замуж, родила сына и двух дочерей и закончила свой трудовой стаж в качестве диспетчера автобусного парка в Одесской области.

В 1991 году Сарра Львовна переехала на постоянное место жительства в Москву к дочери, а чуть позже ее дочь со своим мужем уехали в Швецию, но Сарре Львовне пришлось пережить очередной кошмар. Однажды, вернувшись домой, она обнаружила, то дверь этой квартиры взломана, все, что могло представлять хоть какую-нибудь ценность, похищено и какой-то мерзавец написал фломастером на холодильнике: «Сара, убирайся в свой Израиль». Она сразу же вызвала милицию, они пришли, составили протокол и на этом дело закончилось. Никого милиционеры не нашли, но в почтовом ящике пожилая женщина почти каждый день находила письма или записки с угрозами в ее адрес. Перепуганная женщина вновь пришла в милицию с целой пачкой подметных писем в надежде, что ее-защитницу родины теперь в соответствии с действующими законами защитит родина, но пожилой капитан с серым от усталости лицом сказал ей:
-Уважаемая, Сарра Львовна, я не могу выставить пост у вашей квартиры. Как я понимаю, вам по-крайней мере есть куда уехать. Мой совет: уезжайте пока не поздно.
Уйдя из милиции и, поняв, что она абсолютно беспомощна и никто ей не поможет в критической ситуации, она приняла решение об отъезде, но огромное нервное напряжение, связанное с ограблением и травлей, сказалось на ее здоровье. Начали дрожать руки, появилось сильнейшее головокружение. Врачи немного подлечив ее, перевели на инвалидность.
Едва почувствовав себя получше, Сарра Львовна переехала к дочери в Швецию, где ей вскоре предоставили право на постоянное проживание.

А в 2005 году ее пригласили в Посольство Российской Федерации в Стокгольме и в соответствии с Указом Президента РФ наградили медалью «60 лет победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».
В настоящее время участница Великой Отечественной войны, кавалер ордена «Отечественной войны» 2-ой степени и восьми медалей за боевые подвиги в зоне интенсивных границ фронта вместе со своими детьми и внуками проживает в Стокгольме и время от времени вспоминает о своей боевой молодости.
Михаил Ханин

2010