Мама, чего ты плачешь?

Юлианна Страндберг предоставила в распоряжение нашего сайта свои стихи разных лет, фотографии и текст, опубликованные ею в социальной сети Фейсбук 11 мая 2018 года. Юлианна живет в городе Сундсвалле на севере Швеции.

Так получилось, что праздновала я 9 мая почти всегда по-разному. То в одной части света, то в другой, то с родными и близкими, то почти одна. Но всегда это был и есть великий внутренний праздник.

9 мая 1995 года. Усть-Каменогорск. Южная Сибирь, казачий стан, так называемая Восточно-Казахстанская область, которая теперь заграница.
Мне почти двадцать лет.
Рано утром я побежала на ближайший рыночек купить тюльпаны деду и нарциссы бабушке. Купила. Пришла домой и вижу в корридоре бабушку и тётю Лену, сестру отца, объятых волнением и слезами.
– Мама, чего ты плачешь?
– Да зачем ему теперь эта медалька? Он вот уже как полгода лежит, не встает.
Дедушка, Выдрин Борис Григорьевич, 1917 года рождения, получил медаль к ”50-летию Победы”. Благодарственное письмо с медалью принесли и вручили лично неходячему деду, под роспись, видать, только я этого момента не застала. А застала вот что:
– Мама, ну что ты плачешь? Хорошо хоть вспомнили, что они есть. А то, что батя лежит, так мы же знали, что так будет, – тётя Лена пытается сгладить ситуацию.
– Как мы выжили? – как-то отрешенно бормотала бабушка захлебываясь в слезах. – Как мы выжили? Как они еще живы? Сколько их еще?
– Мам, ну что ты о грустном. Сегодня же день вашей с дедом помолвки, помнишь? – а они действительно объявили о помолвке именно 9 мая, когда услышали по радио об окончании войны.
– Соня, Соня – донеслось и комнаты, где лежал дед, – Соня, кто там?… (Выдрина Софья Павловна 1922 года рождения).
Дедушка оставит нас 20 декабря 1995 года, прожив с бабушкой ровно 50 лет в браке, а пока он еще надеется встать, пока он пытается улыбатся искривленным инсультом ртом и что-то рассказывать про прошлое. Бабушка оставит нас 27 июня 2004 года.

9 мая 1999 года. Мурманск. Снега по колено. Холодно и ветрено. Мы с мамой никуда не собираемся. Мама звонит бабушке, Летуховой Анне Алексеевне 1926 года рождения, в Калугу, поздравить с Победой:
– Мам, ты как? С праздником тебя! С Победой! Тут и внуки… присоединяются, – в этот момент я отчаянно машу рукой.
– Мама, чего ты плачешь? – моя мама становится серьезной и какой-то даже тревожной. Я подсаживаюсь поближе и слышу, как из трубки домашнего телефона доносятся всхлипы бабушки. Бабушки, которая всю войну проработала девчонкой на обувной фабрике где-то под Новосибирском.
– Мам, ну что ты…
– Ой, Галя, ты не знаешь как далась нам эта победа! Работали по 16 часов… Спали там же… Пайки… Не дай Бог, вам знать…
– Мама, ну не надо в такой светлый день о грустном, – пытаемся подбодрить бабушку.
– … И вас с праздником и чтоб не знать вам никогда, как это было. Как мы выжили. С pраздником вас, дорогие мои, и главное: мирного неба над головой! А я к Нюсе пошла. С ней вдвоем поплачем.
– Мам, ну зачем так? Не надо плакать…
Бабушка оставит нас 29 декабря 2006 года. Как-то почти внезапно. Или нет, все закономерно, на большее ее не хватило.

9 мая 2017 года. Швеция. Звоню маме, Летуховой Галине Афанасьевне 1947 года рождения, с работы, ибо в Швеции не празднуют ни 8 мая, ни 9 мая, в новостях пробегут мимоходом между спортом и погодой и все.
– Мам, привет! С праздником тебя! С Победой! Вы с батей у нас первое послевоенное поколение! Мира нам всем и добра!
– Ой, как я рада, что ты позвонила! Ой, спасибо! – далее неразборчиво.
– Мама, чего ты плачешь? – слышу, на том конце мама плачет и чего-то там бормочет в конце концов собирается с духом и выдает:
– А я вот маму и папу собрала и теперь пойду с ними на парад. – это мама так про ”Бессмертный полк” рассказывает.
– А не холодно, мам? В Мурманске никогда не бывает тепло на 9 мая…
– Да какой холодно? Плюс 2, это жара считай! А ради них – это святое! Ты же понимаешь, что они сделали? Дед Афоня (Летухов Афанасий Антонович, 1917 года рождения) до Берлина дошел, на Рейхстаге расписался. Мама всю войну ботинки и сапоги шила. Ну как я не пойду? – и снова в слезы.
– Мам, ну что ты…
– Как они жили? Ты же понимаешь, что они сделали?
– Мам, понимаю! Но что ты так плачешь? Не плачь.
–Не могу…
Дед Афоня оставил нас 26 июня 1990 года. А мама каждый год ходит в рядах ”Бессмертного полка” и считает это действо – святым.

9 мая 2018 года. Среда. Я собираюсь на работу. Сын, 13 лет, собирается в школу. В Швеции, по-прежнему, 9 мая – простой рабочий день.
– Мама, чего ты плачешь?
Я и не заметила, что хожу, собираюсь, и плачу. Не заметила. Просто лицо мокрое. Поняла, что плачу, когда сын спросил.
– Победа сегодня, сынок, понимаешь?
– Ну я знаю, ты рассказывала. Фотографии вытащила, везде порасставила. А плачешь-то ты чего?
И вдруг я понимаю, что сложно, просто невозможно объяснить, почему я плачу. Я и сама раньше не плакала. Я искренне радовалась за то, что дедушки и бабушки победили в той страшной войне. Я радовалась и была искренне благодарна за их подвиг. А сейчас, думая об этой войне, о победе, о дедах (в понятии ”деды” – все военное поколение вне зависимости от того, фронтовик или тыловик), слезы подкатываются, и невозможно их сдержать.
Вот думаю, может, это приходит с возрастом?
Или, может, приходит с каким-то более осознаным востриятием?
Кто они были, наши деды? Что они для нас сделали?
Какой подвиг совершили для всего мира? Причем сказано это без пафоса.

Вечером смотрим вместе клип ”Помните, какою ценой завоевано счастье” на стихи Роберта Рождественского. Смотришь этот клип, и обрыдаться можно. Причём сколько раз смотришь его, столько рыдаешь:
”Вспомним всех поимённо,
горем
вспомним
своим…
Это нужно – не мёртвым!
Это надо – живым!”
(Роберт Рождественский, ”Реквием”, 1962 г.)
Вот сижу и рыдаю, и не знаю, как объяснить сыну – почему. Почему рыдаешь от того, что и больно и сладко в груди и почему ”накрывает” от одного упоминания слова ”Победа”. Наверное, нас такими делает память?
2018.05.11

Стихи Юлианны Страндберг

Страшно-то как…

Страшно-то как, товарищи, страшно-то, страшно как…
В поле, под сизой дымкою, там… притаился враг.
Вьется над рвами-окопами коршуном злобный дух…
Солдатик стоит как вкопанный; сердце: тук-тук, тук-тук.
 ‍
Мина ехидно хрустнула… Сколько таких здесь мин?
Больше чем поле паханно, больше чем здесь могил…
Кровью родной пропитана метра на два земля, –
Столько живых положено, что сосчитать нельзя.
 ‍
Страшно, сестрёнка, милая, страшно и больно мне.
Снятся, все время снятся мне сны о былой войне.
Будто я ранен до смерти, будто лежу в снегу,
…Будто наесться досыта хлебушка не могу.
 ‍
Будто ружье заклинило, будто гранат уж нет,
Будто “пантера” дикая мне заслонила свет.
Будто в землянке в ватнике махорку дрожжа курю…
Страшно,.. Сестрёнка, милая, может я не умру?
 ‍
Страшно-то как, родимые, страшно-то как забыть.
Это как связи вечные, взять да и разрубить.
Страшно… Иконки с предками кто-то сжигает в прах.
Вот уже фото с детками выносятся на гробах…
 ‍
Страшно забыть то вечное – там где-то начало начал –
Быть людьми человечными прадед нам завещал…
К внуку от деда-прадеда силу передавать:
Вечная память павшему!
Памятка: “Помнить! Не забывать!”
 ‍
2016.05.07

София-Анна

Посвящается Софии Павловне Выдриной (Тырышкиной) и Анне Алексеевне Летуховой (Поздняковой)

Когда мужья, когда отцы и деды
мобилизованно отправились на фронт,
они остались…
Долго ль до победы?
И будет ли она?
Июльский гром
раскатывался смехом и рыданьем –
сжималось сердце с ужасом в груди:
София на Алтае, а в Сибири Анна –
“девчоночки в платочках”!
Впереди
четыре бесконечно долгих года,
где похоронки часты, нет уж слёз.
“Все для победы!” – ради той свободы
страна жила едино и всерьёз.
Где хлеб делили строго и по граммам
Излишества из ягод и грибов…
София на Алтае, а в Сибири Анна
склоняются в молчаньи у гробов.
Работа от заката до рассвета
и после,
в темноте до первых звёзд,
так с лета до зимы, с зимы до лета,
так круглый год…
Остатки битых грёз –
“Для фронта всё!” в работе неустанно
голодные, без сна,.. но “как один”–
София на Алтае, а в Сибири Анна
ковали… по-мужски… Победу!
И лишь пока София-Анна есть,
народ непобедим!
 ‍
2014.07.02

Бессмертный полк

http://www.stihi.ru/2016/05/08/5515

Бессмертный полк.
Пока идут они –
Потомки тех, кто больше не придёт, –
Пока несут они в сердцах огни
От тех боев…
Их память не умрет.
 ‍
Они встают щитом – за рядом ряд –
И поступью уверенной детей
Они идут.
Как вечный заградительный отряд
От бед и зла.
От боли и смертей.
 ‍
Пусть говорят мильоном голосов
Что варвары…
Что не умеют жить…
Деды им отстояли мир и кров –
Так памятью их дОлжно дорожить!
 ‍
Кто позабыть историю свою
Стремится,
Тот уж не жилец!
Бессмертный полк.
Они идут в строю
Под барабаны тысячей сердец…
 ‍
2016.05.08

Post Author: rurik