О ситуации с героизацией нацизма, распространении неонацизма и других видов практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости

Ministry of Foreign Affairs in Moscow

…Швеция

Неонацизм как наиболее распространенная форма правого экстремизма включается в Швеции (наряду с левым радикализмом и исламским джихадизмом) в понятие «насильственный экстремизм» и рассматривается здесь в качестве угрозы национальной безопасности.

В последние годы Служба госбезопасности (СЭПО) фиксирует увеличение общего количества неонацистских акций в стране. Большинство из них направлены против иммигрантов, национальных и секс-меньшинств, левых политиков, активистов и журналистов (нередко проводились встык с церемониями в память о жертвах Холокоста, первомайскими демонстрациями, прайд-парадами, пацифистскими и антифашистскими митингами).

Эти тенденции заставляют компетентные ведомства, еще в начале 2010-х гг. считавшие влияние неонацистов «маргинальным», воспринимать проблему правого экстремизма более серьезно. Так, в своем годовом отчете за 2016 г. СЭПО отметила, что данные движения «нарушают конституционные права и свободы отдельных граждан», хотя ни одно из них «пока не представляет угрозы для шведской демократической системы в целом».

С одной стороны, среди неонацистов СЭПО выделяет группу «волков-одиночек» (лиц, формально не принадлежащих к какой-либо из группировок, однако попавших под влияние их пропаганды), рассматривая их источником реальных рисков, в том числе террористического характера. Пример тому – 21-летний швед Л., совершивший в октябре 2015 г. тройное убийство в одной из средних школ в г. Тролльхэттан (Юго-Западная Швеция).

Одновременно существенные изменения в 2015-2018 гг. произошли и в самом шведском неонацистском сообществе («белая власть»). Если ранее в нем выделялось несколько средних и малых активных объединений, то теперь данную сферу фактически «монополизировало» «Североевропейское движение сопротивления» (СДС). Данная организация ведет свою историю от «Шведского движения сопротивления» (ШДС), созданного в 1997 г. в результате слияния ряда правоэкстремистских структур, действовавших во второй половине XX века («Белое арийское сопротивление», «Националистическая молодежь», «Национал-социалистический фронт», «Народный фронт» и др.). Широкую известность ШДС получило в декабре 2013 г. после жестокого нападения ее членов на антифашистскую демонстрацию в пригороде Стокгольма Черрторп.

В 2015 г. ШДС сменило название на СДС, объединив четыре североевропейских ветви – шведскую, норвежскую, датскую и финскую. Центром СДС остается Швеция, где находится ее штаб-квартира (г. Грэнгесберг, губерния Даларна) и проживает большинство ее членов (в соответствии с открытыми материалами организации – около 160 человек, однако по оценкам антифашистского центра «Экспо» – несколько сотен).

В рамках своей политической программы «Наш путь» СДС характеризует себя в качестве «правоэкстремистской военизированной нацистской организации, которая стремится создать североевропейскую национал-социалистическую республику в составе Швеции, Финляндии, Норвегии, Дании, Исландии, а также, возможно, прибалтийских государств», и отстаивает идею превосходства «белой расы».

Среди других пунктов программы – закрытие въезда для иммигрантов и принудительная высылка беженцев (прибывших с 2015 г.), возрождение в Швеции Института расово-идеологических исследований (по аналогии с Государственным институтом расовой биологии, существовавшим здесь в 1922-1958 гг. на фоне увлечения шведского политистеблишмента идеями «расовой гигиены»), антисемитские, антимусульманские и антицыганские инициативы, призывы к «чисткам» в рядах политиков и журналистов, введение смертной казни.

Эмблемой СДС является широко использовавшийся в нацистской Германии воинский символ – руна Тюра, а её информационным Интернет-ресурсом – сайт «Нурдфронт» (www.nordfront.se), на котором регулярно практически беспрепятственно ведется неонацистская пропаганда, в том числе превозносится фигура Гитлера в качестве «величайшего героя новейшего времени».

Внутри организации существует строгая иерархия, за неподчинение уставу предусмотрена дисциплинарная ответственность. Члены СДС в обязательном порядке проходят физическую (боевые искусства) и политико-идеологическую подготовку, участвуют в митингах и демонстрациях, распространении информационно-пропагандистских материалов, прежде всего в Интернете и соцсетях.

Руководство СДС открыто призывает участников движения к неподчинению властям, нелегальному хранению и ношению оружия, использованию взрывчатых веществ. Больше половины членов организации были ранее осуждены (некоторые – неоднократно) за убийства и покушения, насилие, кражи, разжигание ненависти к отдельным группам населения, вандализм в отношении культовых учреждений, нарушения антинаркотического законодательства. В последнее время правоохранительные органы все чаще заявляют о сращивании неонацистского сообщества с организованной преступностью.

Акции СДС чаще всего проводятся в Стокгольмской губернии, губерниях Вестергётланд, Сконе, Даларна. В 2015-2017 гг. крупные демонстрации прошли в городах Стокгольм, Вестерос, Эребру, Фалун, Мальмё, Истад, Висбю (в том числе в ходе Альмедаленской политической недели в июле 2017 г.).

Тревожным сигналом для шведского общества стали события в г. Гётеборге, где в ноябре 2016 г. – январе 2017 г. члены местной ячейки СДС совершили два взрыва и одну попытку взрыва вблизи лагерей беженцев и офиса одной из антифашистских организаций, получив впоследствии длительные тюремные сроки.

В сентябре 2017 г. в Гётеборге прошло несколько неонацистских шествий (в том числе в дни Международной книжной ярмарки), сопровождавшихся вспышками насилия и ксенофобскими лозунгами. Широкий общественный резонанс вызвало прозвучавшее в ходе одного из таких выступлений заявление лидера СДС о том, что в Швеции «не хватает фонарных столбов для всех нетерпимых политиков и журналистов, а также иммигрантов и представителей секс-меньшинств».

Кроме того, во второй половине 2017 г. активизировались и другие неонацистские движения, недовольные фактически единоличным лидированием СДС в правоэкстремистской среде. Правонастроенных радикалов консолидируют онлайн-платформы «Мутгифт» (бывший информационный ресурс «Партии шведов»), «Де фриа Свэрье», «Ингрид ок Карлквист», движение «Шведская националистическая молодежь», «гражданская гвардия Солдаты Одина».

Налицо также активизация контактов шведских крайне правых с международным неонацистским сообществом. Так, в Швеции действует филиал американской ультраправой фаланги «Олтрайт» (Alt-right) – «Североевропейский альтернативный правый сектор», лидеры которого Д.Фриберг и К.Дальни принимали участие в нацистской демонстрации в Шарлоттсвилле (США) в августе 2017 г. Известно о регулярных «обменах опытом» между шведскими неонацистами и их единомышленниками в Нидерландах, Венгрии, Польше и других странах.

Безусловно, нынешняя ситуация с неонацизмом в Швеции отражает общие тенденции для Европы и США, где растет популярность ультраправых организаций. Вместе с тем, в этой скандинавской стране существует ряд специфических внутренних факторов, способствующих разрастанию подобных движений.

Прежде всего речь идет о последствиях проводившейся до начала 2016 г. Стокгольмом политики «открытых дверей», в результате которой в стране разразился масштабный миграционный и интеграционный кризис.

При этом законодательство Швеции в отношении крайне правых остается весьма либеральным из-за возведенных в абсолют основополагающих прав и свобод и принципа политкорректности.

Так, несмотря на то, что Швеция является участницей Международной Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г., власти этой страны до сих пор не ввели запрет на деятельность расистских организаций и Интернет-ресурсов.

Показательна и позиция шведских властей в отношении неонацистской пропаганды в онлайн-пространстве. Еще в конце 2017 г. правительство представило в риксдаг законопроект, в соответствии с которым ответственным издателям даются две недели на удаление противоправного электронного контента с момента получения соответствующего уведомления от профильного органа власти, что означает полную свободу в распространении любой незаконной информации в течение этого периода.

Эффективное противодействие неонацизму также сдерживают недооценка властями рисков правого экстремизма в сравнении с джихадизмом (на борьбу с которым в настоящее время направлена большая часть ресурсов), отсутствие системного подхода, четкого распределения обязанностей между ведомствами, налаженных каналов обмена информацией о радикалах.

По сути, лишь после гётеборгского марша ультрас осенью 2017 г. шведские власти впервые поставили на повестку дня вопрос о необходимости ужесточения законодательства против неонацизма.

В частности, премьер-министр С.Лёвен призвал к всеобщей мобилизации демократических сил страны против «коричневой угрозы» и созвал межпартийные консультации. Министр юстиции и внутренних дел М.Юханссон заявил о необходимости оперативной реализации принятого в 2016 г. «Национального плана по борьбе с расизмом, подобными формами ксенофобии и преступлениями на почве ненависти», а также поручил изучить возможность распространения антитеррористического законодательства на насильственную деятельность ультраправых (прежде всего направленную против иммигрантов). Руководитель Полицейской службы предложил приравнять руну Тюра к запрещенной в стране свастике.

Тем не менее, в сфере профилактики неонацизма ощущается дефицит «прорывных» идей. Так, в ответ на общественную критику по поводу слабой эффективности профильного института нацкоординатора по борьбе с насильственным экстремизмом, действовавшего в 2014-2017 гг., шведские власти, по сути, ограничились реструктуризацией, передав его полномочия с начала 2018 г. специальному центру при Государственном совете по профилактике преступлений.

«Заразительным примером» для подъема неонацистских движений в Швеции в последние годы стал и успех антииммигрантской партии «шведские демократы» (ШД). Она образовалась в 1988 г. изначально на базе крайне правых движений и хотя затем сгладила свой политический профиль, сам факт вхождения партии в риксдаг в 2010 г. и получения третьего места на выборах 2014 г. показал, что в сегодняшней Швеции политические силы с нацистским прошлым имеют шанс снискать поддержку значительной части электората и добиться власти легальными способами.

Примечательно, что сама ШД, очевидно, опасаясь ассоциации с бывшими соратниками, придерживается в настоящее время крайне жестких подходов в отношении неонацизма, выступая за запрещение деятельности СДС.

К концу 2018 г. наметился некоторый спад популярности крупнейшего из современных шведских неонацистских объединений – «Североевропейского движения сопротивления». Причиной стало крайне неудачное, несмотря на громкую кампанию (сопровождавшуюся антисемитскими, расистскими выпадами), выступление СДС на выборах 9 сентября 2018 г., на которых неонацистам не удалось получить ни одного места даже на муниципальном уровне. Шансы СДС на предстоящих в мае 2019 г. выборах в Европарламент также оцениваются как минимальные.

Фрагментация «белой власти» особенно ощутима в Интернет-пространстве, где в настоящее время конкурируют сразу же несколько площадок ультраправой направленности. Среди них – новостные ресурсы и форумы «Fria Tider», «Samhallsnytt», «Samtiden», «Nordfront», «Nya Tider», «Nya Dagbladet», «Ingrid&Conrad», «Swebbtv» и «Granskning Sverige», стремящиеся представить альтернативную местному мейнстриму картину происходящего в Швеции с акцентом на негативные последствия крупной волны иммиграции 2015-2016 гг.

При этом интенсивность локальных выступлений шведских неонацистов не снижается. В среднем ежегодно в стране они проводят порядка 3 тыс. акций, направленных против иммигрантов, национальных, религиозных и секс-меньшинств, левых политиков, активистов и журналистов.

Нередко такие выступления приурочиваются к массовым мероприятиям, связанным со знаковыми событиями шведской истории. Так, в сентябре 2018 г. ультраправое движение «Nordisk Ungdom» («Нурдиск Унгдум») организовало в центре Стокгольма манифестацию в связи с трехсотлетием со дня гибели короля Карла XII, до сих пор воспринимаемого здесь как символ шведского великодержавия. В марте 2019 г. нацистские лозунги были замечены в ходе традиционной лыжной гонки «Васалоппет» в неформальной «цитадели» шведских неонацистов –губернии Даларна.

При этом неонацисты активно выступают инициаторами кампаний, направленных на разжигание межнациональной и межрелигиозной розни. Показательно, к примеру, что в конце 2017 г. после неоднократных угроз со стороны ультраправых решение о своем роспуске приняла еврейская община г. Умео (северо-восток Швеции). Ссылаясь на регулярные проявления антисемитизма в стране, Агентство ЕС по основным правам человека назвало Швецию в декабре 2018 г. одной из трех стран-членов Евросоюза с наименее благоприятной ситуацией в плане безопасности для евреев.

«Мишенью» ксенофобских акций неонацистов регулярно становятся иммигранты, в том числе во втором поколении. Один из последних вопиющих примеров – развернутая на шведских форумах травля футболиста шведской сборной на ЧМ-2018 в России Й.Дурмаза (ассириец, который, однако, родился и прожил всю свою жизнь в Швеции) в связи с его неудачным выступлением в групповом матче против Германии.

Предпосылки для подобной активности во многом создает в целом лояльная позиция шведских властей. Несмотря на призывы большинства шведских политических партий, критику международных правозащитных структур (включая Комитет по ликвидации расовой дискриминации), а также соответствующий опыт соседних стран, Швеция до сих пор не криминализировала деятельность неонацистских движений.

Работа по анонсированному правительством еще в 2017 г. запрету на использование нацистской символики (например, эмблемы СДС –руны Тюра) также продвигается медленно.

В последние годы полиция в большинстве случаев выдает неонацистам разрешения на проведение манифестаций, лишь постфактум привлекая к ответственности нарушителей правопорядка (в частности, в Швеции продолжается судебный процесс в отношении 17 неонацистов, прибегнувших к насилию в ходе шествия в дни Международной книжной ярмарки в Гётеборге в сентябре 2017 г.).

Периодически на повестку дня местными СМИ ставится вопрос о проблеме расового профилирования в практике правоохранительных органов, несмотря на полный запрет дискриминации в шведском законодательстве. В частности, в январе 2019 г. занимающаяся журналистскими расследованиями программа шведского телеканала «ТВ4» «Kalla Fakta» заявила о том, что за последние месяцы зафиксировано порядка 100 случаев безосновательных задержаний полицией граждан с нешведской внешностью. Отмечается также, что контрольные мероприятия нередко проводились в крайне неуважительной манере. В 2017 г. на эту проблему в тематическом докладе указывала и шведская правозащитная организация «Civil Rights Defenders».

Вместе с тем, в стране существуют и более глубокие исторические предпосылки для развития ультраправых движений.

Швеция, формально придерживаясь нейтрального статуса и согласившись на значительные уступки Германии (в форме предоставления ресурсной поддержки и территории под транзит гитлеровских войск на Восточный фронт), сумела избежать лишений Второй мировой войны и ужасов нацизма.

Данное обстоятельство впоследствии способствовало распространению в местном обществе тенденциозной трактовки событий тех лет, в том числе с подачи ангажированных авторов научных работ, журналистских публикаций, школьных учебников, а позже – созданного в 2003 г. государственного просветительского ведомства Форум «Живая история».

Так, в Швеции вполне устоялось понятие «оккупация» применительно к факту вступления советских войск в Прибалтику и страны Восточной Европы, акцентируется экспансионистский характер «зимней» войны СССР 1939-1940 гг., нацизм и коммунизм отождествляются как «тоталитарные режимы». При этом осознанно умаляется решающий вклад Советского Союза в Победу, в то время как роль союзников во главе с США превозносится.

Власти Швеции не инициировали никаких следственных действий в отношении 270 шведов, воевавших в составе «Ваффен-СС», многие из которых, в соответствии с исследованиями последних лет, были причастны к Холокосту. Нашедшие в стране убежище преступники Второй мировой войны, в том числе шведского происхождения, не могут быть привлечены к ответственности даже сейчас, поскольку принятое в Швеции в 2014 г. законодательство об отмене срока давности в отношении военных преступлений, преступлений против человечности и геноцида (ранее составлял 25 лет) не имеет обратной силы.

Местные антифашистские круги периодически выступают с разоблачительными публикациями по данной тематике, напоминая о том, что в Швеции не было инициировано никаких следственных действий в отношении приспешников Гитлера. «Масла в огонь» дискуссии подлила и опубликованная в марте 2019 г.  информация о том, что 15 шведских граждан до сих пор получают от Германии  «гитлеровские пенсии» как инвалиды Второй мировой войны.

В этой связи правительство уже призывают оперативно исправить данную ситуацию, воспользовавшись опытом соседней Финляндии, опубликовавшей в 2019 г. доклад о преступлениях финских членов «Ваффен-СС».

Весьма двусмысленную позицию занимает шведское руководство в отношении осуждения героизации нацизма в Прибалтике. Официальный Стокгольм не только публично покаялся за выдачу в 1945 г. СССР группы латышей, литовцев и эстонцев, воевавших на стороне фашистской Германии, но и сквозь пальцы смотрит на радикальные заявления по фальсификации Второй мировой войны со стороны нынешних властей Латвии, Литвы и Эстонии.

Подобные попустительские подходы имеют место и в отношении неонацистских проявлений в Польше, а также на Украине, куда в 2014-2016 гг. беспрепятственно выезжало более 30 шведских ультраправых для участия в демонстрациях на Майдане и в «антитеррористических действиях» в составе карательных отрядов «Азов» и «Айдар» на Донбассе.

Доказательством политизированности подходов Стокгольма к борьбе с неонацизмом служит и тот факт, что Швеция (в русле единой политики ЕС) ежегодно воздерживается при принятии резолюций Генассамблеи ООН «Борьба с героизацией нацизма, неонацизмом и другими видами практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости», на деле позиционируя себя последовательным оппонентом этой инициативы.

Источник

https://www.mid.ru/ru/foreign_policy/humanitarian_cooperation/-/asset_publisher/bB3NYd16mBFC/content/id/3193903#61

 

 

Post Author: rurik